Благодарен Богу за всё

В свои 90 лет Вениамин Яковлевич Осипов работает на огороде и размышляет над книгами о судьбе России

Помню себя в 3 года, как я в саду голодный ем грушу-бергамот. Помню, как в голодный 1933-й год мы с мамой шли с котомками к отцу в другое село. Совсем выбились из сил и легли около дороги, наверное, умирать. Но ехал какой-то мужик на телеге, он нас подобрал. Почему-то очень запомнилось, как меня в селе попросили отогнать гусака, а этот гусак — на меня, да как ущипнул (смеётся).

Пылающий Сталинград я видел своими глазами — я там рос. Я видел, как взмывали в небо красные ракеты предателей, показывающих немцам путь бомбардирования (где производственные объекты). 23 августа началась массовая бомбёжка… Мы, жители, были брошены властью. Эвакуации не было.  Всё разрушено, голод… Бабушка, высокая сутулая казачка, брала меня за руку и шла побираться. Помню, как отец (ему выбило глаз, и его не взяли на войну) ругал её: «Не смей!». Хотя она пыталась, как могла, оказать нам помощь. Лишь 14 октября нам удалось бежать к Волге… При переправе убило нашу родственницу, и с нами осталась её дочь…

Первая профессия. В колхозе, что находился в степи в ста километрах от Ленинска, отец работал кузнецом. А меня определили молотобойцем. Я рослый, крепкий был. Летом, когда пришло время пахать, тракторные бригады формировались, нужен был учётчик. И меня отправили на МТС. 3 часа на обучение. Каким я был учётчиком в 13 лет? И смех и грех. Директор МТС посмотрел на меня: «Вы что, с ума сошли? Да его в случае чего и судить нельзя!». Весовщиком сделали. И одновременно я сопровождал хлебные обозы на подводах. Уж как-то справлялся… Степь, жара, пыль… В трёх колхозах за время войны довелось поработать.

До сих пор стоит перед глазами, как в Арчеде вдоль железнодорожных путей шли подводы, на которых везли трупы людей в грязных спецовках, убитых во время бомбёжек… Они были свалены друг на друга, ничем не укрытые…

Учиться не было никакой возможности. Окончил я только 3 класса. Но с детства полюбил книги. До сих пор помню свою первую художественную книжку — «Кем быть?» Маяковского. С тех пор я с библиотеками не расставался. Кстати, герой Маяковского в стихотворении решает стать матросом, и мне довелось служить на корабле пять с половиной лет. Старинный флот я ещё застал. Итальянский эсминец (эскадренный миноносец). Корабль, совершенно не приспособленный для жизни на нём, спали мы на подвесных койках, столах и «банках». Задача наша была служить мишенью для торпедных катеров, военных самолётов, которые учились бомбометанию.

Книги люблю документальные, философские, которые заставляют размышлять. Например, «Россия во мгле»» Герберта Уэлса (о его поездке в Советскую Россию в 1920 году), огромнейшее впечатление произвёл на меня историко-философский роман Александра Чудакова «Ложится мгла на старые ступени», считаю, он достоин Нобелевской премии. Огромного ума человек и правдолюбец Солженицын, мы с женой стали праздновать его день рождения как близкого родственника, после того, как прочли «Один день Ивана Денисовича», «Архипелаг Гулаг», «Матрёнин двор». Меня с давних пор интересовали вопросы о евреях, их влиянии на народы, российскую историю, и я нашёл ответы в его книге «Двести лет вместе».

Первые сомнения в Советской власти возникли у меня тогда, когда в голодный 1946-й год, я прочитал в газете сообщение об эшелоне продуктов, отправленном на помощь Германии, когда свой народ умирал от голода, жители Арчеды уезжали в Казахстан и Узбекистан. Вот как это было воспринимать? Служа на корабле, я прочитал пятый том сочинений Ленина и был поражён его жестокостью по отношению к людям.

Жизнь в Арчеде. Год поработал пожарным, а потом отучился на курсах шоферов. Но устроиться водителем было трудно, и я пошёл в геологоразведочную контору — дизелистом (в моторах разбирался). У меня самые приятные воспоминания о ребятах-нефтяниках. И когда я увидел памятник на Привокзальной площади, то обрадовался, что на нём — бурильщики. Ведь у них самая трудная работа была. И бездорожье, и голод… Вспоминаю одну снежную зиму. Отработали вахту 4 дня, а обратно никак — трактор пройти не мог. Мы без харчей. Ещё 4 дня работаем. Связи тогда никакой. Когда к нам пробрались, то уже и в живых боялись нас не увидеть, а мы бурили. С благодарностью вспоминаю своих учителей-мастеров по бурению Илью Дымова, Александра Скачкова, бурильщиков Николая Неудаченко, Бориса Любишина и особенно Владимира Бубнова, заслуженного фронтовика и человека с большой буквы, его могилу обязательно посещаю каждую Пасху.

Мои самые светлые воспоминания связаны с моей бабушкой — так я называю свою покойную жену Валю (девичья фамилия Игнатьева) – исключительной доброты была человек. Когда она, сирота, пришла в нашу большую семью, то и братья мои, и их жёны относились к ней с большим почитанием. Сказать, что мы с ней были счастливы, ничего не сказать. Мы стали одним целым, всё переживали вместе, двух деток взяли по велению сердца и вырастили.

Огород для меня – это отдушина. И все запасы на зиму со своего огорода. Садово-огородное дело в нашей семье заложила моя незабвенная супруга, я лишь продолжаю.

Человек должен быть близок к природе. Природа и есть Бог. Жить в ладу с природой, значит, жить в ладу с Богом.

 

В каждой строчке главной молитвы «Отче наш» глубокий смысл. Вот мы просим «Хлеб наш насущный даждь нам днесь». Это означает, что мы просим у Господа здоровья, чтобы мы могли заработать этот хлеб насущный. «И не введи нас во искушение». Это значит – не возьми ничего без спроса чужого. Христианином может считать себя тот человек, который знает и соблюдает 10 заповедей, оставленных нам Богом.

Я за всё в своей жизни благодарен Богу — и за то, что есть, и за то, от чего уберёг.

Лариса Косьян.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*